|
Мы
принимали все возможные меры, чтобы поубавить
спеси у тех, у кого ее оказывалось с избытком. Вот
и операция, о которой ниже пойдет речь, сработала,
не на шутку встревожила Пентагон и вызвала
запросы в Конгрессе США. Не знаю, как называли наш
маневр американцы, но в наших служебных
документах эта операция проходила под кодовым
названием «Атрина».* [* Прим.
автора. «Атрина» - слово искусственное, его нет ни
в каких словарях. Мы не хотели, чтобы даже
смысловой оттенок кодового слова мог что-то
сказать о разрабатываемой операции. По этому же
принципу давались названия и другим ее этапам -
«Фермацит» и др.
]
Задумана она была еще тогда, когда я
командовал СФ, а подготовка к ее осуществлению
началась сразу же, как только меня утвердили в
должности Главкома ВМФ СССР. Однако провести ее
немедленно не позволила линейность экипажей,
техническая готовность некоторых кораблей.
Пришлось перенести ее на начало 1987 г.
В чем состоял смысл «Атрины»?
Американцы привыкли ктому, что наши АПЛ
выдвигаются в районы боевой службы — а это
прежде всего Северная Атлантика и Средиземное
море — по одному и тому же направлению с
небольшими отклонениями: либо между Фарерскими и
Шотландскими островами, либо между Исландией и
Гренландией. Да и трудно найти какой-либо иной
оптимальный с мореходной точки зрения (я пока не
говорю о тактической стороне дела) путь от
берегов Кольского полуострова в Средиземное
море.
Так вот, за годы наших многих боевых
служб противолодочные силы NATO научились
перехватывать советские ПЛ именно на этих
главных маршрутах развертывания. Надо было найти
и проверить на практике способ развертывания
атомоходов без потери скрытности, а заодно и
слегка проучить зазнавшегося «вероятного
противника», показав, что при необходимости мы
можем нанести ответный удар.
Успех подобной демонстрации
незамедлительно отразился бы на тоне многих
международных переговоров, которые во второй
половине 1980-х гг. американцы склонны были
проводить при мощном дипломатическом прессинге,
подкрепляя его порой и «игрой мышц» военного
флота, иначе говоря, «политике канонерок» мы
должны были противопоставить вполне адекватную
«политику подводных крейсеров».
Таким образом, операция «Атрина»
становилась в какой-то степени моим главкомовским дебютом, проиграть его
нельзя было ни при каких обстоятельствах... [продолжение: см.
полный вариант публикации] |
